О сетевых эффектах средств сохранения ценности (часть 2)

image7

Биткойн обладает сетевым эффектом. Многие криптоевангелисты утверждают, что сетевой эффект Биткойна настолько силен, что гипербиткойнизация неизбежна. Но это не совсем верно. Сетевой эффект Биткойна как цифрового золота отличается от общепринятых представлений. Понятию «сетевые эффекты» присущ ряд тонкостей, и оно часто неверно истолковывается. В этой статье проанализированы сетевые эффекты Биткойна, используемого как в качестве цифрового золота, так и в качестве цифровых денег. А также приведен обзор других «конкурентных рвов» помимо сетевых эффектов.

Сетевой эффект цифрового золота

Какой вид сетевого эффекта присущ цифровому золоту?

Чтобы ответить на этот вопрос, разберем механику того, как пользователи будут использовать цифровое золото.

Назначение такого средства сохранения ценности, как цифровое золото, заключается в том, чтобы… служить средством сохранения ценности для того, чтобы потратить ее позже. За исключением тех моментов, когда цифровое золото конвертируется в какой-то другой актив, оно просто лежит на вашем счете. Увеличение или уменьшение числа пользователей на него не влияют.

Когда пользователь захочет продать свое цифровое золото, чтобы купить товар или услугу, ему нужно будет найти ликвидность – иначе говоря, найти кого-то, кто это цифровое золото хотел бы приобрести. Это можно сделать, например, на тех биржах, где оно торгуется.

Практическая ценность цифрового золота определяется его ликвидностью. То есть, мы можем сказать, что сетевой эффект для Биткойна примерно соответствует логарифмической функции log(n).

Сетевой эффект цифровых денег

Какой вид сетевого эффекта присущ цифровым деньгам?

Чтобы ответить на этот вопрос, разберем сценарий использования цифровых денег.

Назначение цифровых денег заключается в том, чтобы служить одновременно и средством сохранения ценности, и средством обмена. Кроме того, цифровая валюта может стать и расчетной единицей.

Таким образом, практическая ценность цифровых денег определяется количеством продавцов товаров и услуг, которые хотят принимать плату за свои товары и услуги в  цифровой валюте.

Это напоминает прямой сетевой эффект, описанный выше (схема с телефонной сетью). Чем больше людей принимают оплату в цифровой валюте, тем с большим количеством продавцов могут взаимодействовать пользователи.

Такой сетевой эффект испытывают в своих юрисдикциях все крупные мировые валюты. В каждой юрисдикции покупатели и продавцы должны платить налоги в национальной фиатной валюте, поэтому им удобно получать зарплату или доходы от бизнеса именно в местной фиатной валюте. Это создает мощный сетевой эффект: лишь немногие хотят брать на себя риск владения другой валютой, чей курс может колебаться по отношению к той валюте, которой они оплачивают товары и услуги и в которой они платят налоги.

По-видимому, этот эффект может быть выражен S-образной кривой: первые 50% продавцов, согласившихся принимать оплату в цифровой валюте, вносят больший вклад в экспоненциальный рост ее практической ценности, чем вторые 50%.

Сохранение ценности или практическая полезность 

Максималисты от Биткойна могут назвать аргумент, представленный выше, пустословием. Скажут, мол, конечно, увеличение числа пользователей увеличит ценность Биткойна. Пользователи будут покупать биткойны, хранить их и тем самым, естественно, увеличивать ценность каждого биткойна. А аргумент о ликвидности – пустышка, отвлекающая внимание от главного.

Да, в узком понимании все так и есть. Но такая точка зрения упускает из виду современную конкурентную реальность. Что, если какая-то другая валюта станет цифровыми деньгами и достигнет сверхлинейного сетевого эффекта? Вот с точки зрения такой широкой перспективы я и говорю. Сам по себе сублинейный сетевой эффект, учитывающий одну только ликвидность, действительно не особенно важен. Но если другая валюта станет цифровыми деньгами и достигнет сверхлинейного сетевого эффекта в то время, как Биткойн останется цифровым золотом, которому присущ сублинейный эффект, то эта другая валюта превзойдет Биткойн.

В криптовалютных кругах распространены дискуссии между теми, кто считает предмет спора (чаще всего Биткойн) средством сохранения ценности, и теми, кто считает необходимым повышать его практическую полезность. Точка зрения первых основывается на таком размышлении: чем больше людей являются держателями валюты, тем более она ценна, и, следовательно, тем больше людей хотят стать ее держателями.

Само собой, эта логика работает и в обратном направлении. Это создает чрезмерную волатильность – а значит, нестабильность – и опровергает предположение, что единственная цель валюты – служить средством сохранения ценности. В ключевой тезис сторонников цифровой валюты как средства сохранения ценности легко поверить, когда цены растут. Но когда цены падают, естественный минимальный ценовой уровень создается за счет той самой неочевидной практической ценности.

Легко забыть о том, что мы находимся только в самом начале «пути» развития криптовалют. На Земле живет семь миллиардов человек; из них, меньше пятидесяти миллионов являются держателями какой-либо криптовалюты – то есть, меньше 1%. В мире ПО с открытым кодом, в мире, где любой элемент этого ПО можно скопировать, ключевым условием победы становится достижение сетевого эффекта настолько быстро, насколько возможно. Вот почему так важна сила воздействия сетевого эффекта цифрового актива. Полезные эффекты, влияющие на десятки, сотни миллионов пользователей складываются вместе (или не складываются), создавая огромные различия в конечной ценности сетей.

Другие конкурентные рвы

Сетевые эффекты – это лишь один из видов «конкурентных рвов», но их существует намного больше.

Среди других видов конкурентных рвов, которые любят приводить в пример Биткойн-максималисты – узнаваемость бренда и интеграция в экосистему третьих сторон (например, бирж), автоматизированные терминалы (банкоматы), другие финансовые продукты, аппаратные и мобильные кошельки и т. д.

Чтобы продемонстрировать важность этих конкурентных рвов, я сравню Биткойн и Эфириум – не для того, чтобы заявить, что Эфириум может превзойти Биткойн; скорее, чтобы проиллюстрировать на примере, чего может достичь конкурентоспособная сеть меньше, чем за три года после запуска.

Узнаваемость, несомненно, можно отнести к конкурентным рвам. Биткойн – лидер среди криптовалют. Но было бы ошибкой полагать, будто этот бренд не может пошатнуться. Неуязвимых брендов нет.

Хорошего, точного способа измерить ценность такого открытого, общедоступного бренда, как Биткойн, нет. Тем не менее мы можем попробовать сориентироваться по данным сервиса Google trends.

0_GvvkJeosqwI3hyyv.png

Биткойн – синяя линия, Эфириум – красная. В момент наибольшего расхождения количество поисковых запросов по слову «Bitcoin» в 11 раз превышало количество запросов для Ethereum. Сегодня Биткойн превосходит по этому показателю Эфириум в 8 раз. Учитывая высокую волатильность крипторынков и скорость развития отрасли, можно сказать, что через несколько лет этот разрыв может быть и ликвидирован.

А что с интеграцией третьих сторон? В этом Эфириум практически не уступает Биткойну:

биржи – на всех крупных биржах есть торговые пары с фиатными валютами и для Биткойна, и для Эфириума;

аппаратные кошельки – все крупные аппаратные кошельки работают и с биткойнами, и с эфирами;

автоматизированные терминалы – насколько я знаю, все криптотерминалы поддерживают обе эти валюты;

мобильные кошельки – и для Биткойна, и для Эфириума, полно мобильных кошельков как под iOS, так и под Android.

Другие финансовые продукты – здесь Биткойн опережает Эфириум, благодаря фьючерсам, которые торгуются на CME (Чикагская товарная биржа), CBOE (Чикагская опционная биржа) и NASDAQ. Тем не менее, принимая во внимание то, как развивается Эфириум, будет логично, если в течение двух лет он сравняется с Биткойном.

Опять же, я не хочу сказать, что Эфириум непременно превзойдет Биткойн; скорее, что разница в интеграции третьих сторон – не такое уж непреодолимое препятствие.

Заключение

Сетевые эффекты и «конкурентные рвы» часто понимаются неправильно. Вопреки распространенному мнению, сетей, которые демонстрировали бы сетевой эффект, описываемый степенной функцией n2, не существует, но многие демонстрируют сетевой эффект, описываемый логарифмической функцией log(n). Биткойн как цифровое золото будет подвержен постоянно сублинейному сетевому эффекту, описываемому функцией log(n); Биткойн как цифровые деньги может достичь сверхлинейного сетевого эффекта по мере роста числа держателей криптовалюты с менее чем 1% до 50% населения Земли. Криптовалюта, которая становится доминирующим средством сохранения ценности, по определению должна будет демонстрировать по мере роста сверхлинейные сетевые эффекты.

Другие конкурентные препятствия, такие как узнаваемость бренда или интеграция в экосистему третьих сторон, не оказывают существенного влияния, и конкурентоспособная компания, демонстрирующая сверхлинейный сетевой эффект, легко может их преодолеть, и примеров тому немало.

Битва за звание победителя в области криптовалют только начинается. Сейчас, когда в операциях с криптовалютами участвует не более 1% от населения Земли, разница в кривых сетевых эффектов не так заметна. Но легко обмануться, решив, что сетевые эффекты вступили в силу, тогда как до этого еще далеко.

Источник



Рубрики:Теория, Ethereum, эфир

Метки: ,

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

w

Connecting to %s